Марш тридцатых годов — Воскресенская газета Куйбышевец

Марш тридцатых годов

В ноябре 1932 года первый директор Воскресенского химкобината Изот Хомутов передал свои полномочия Константину Максимову. В это время коллектив предприятия готовился к пуску второй системы башенного сернокислотного цеха. В марте 1933 года обе системы заработали на полную мощность.  Всего два года проработал на заводе Константин Максимов, но за это время он успел дать новый импульс многим процессам, изменившим облик не только предприятия, но и всего Воскресенска.


Удачный пуск сернокислотного завода во многом был обеспечен талантливыми и компетентными специалистами завода — техническим руководителем К.К.Райновым и его первыми помощниками – начальниками смен Объектовым, Красножёном, Васильевым и Винниковым. Впоследствии лауреат Сталинской премии Кирилл Райнов издаст книгу «Башенный способ получения серной кислоты», которая станет учебным пособием и переживёт два переиздания – в 1936 и 1940 годах.

А коллектив первенца первой пятилетки продолжал своё созидательное движение. На повестке дня был пуск преципитатного цеха (выпускал концентрированное фосфорное удобрение).

Из воспоминаний первостроителя комбината — Владимира Щуки:

«Зима 1933 года была суровой, замерзал чай в чайниках, и мы спали вокруг печки друг возле друга, а днём учились. Питание было неважное, да и одежда не грела, но у нас были молодые сердца, и всё нам было нипочём. Нас из школы фабрично-заводского ученичества выпустили досрочно, ибо надо было пускать преципитатный цех. И вот вечером мы собрались —  учителя, ученики, мастера. На столах бутерброды из черного хлеба с колбасой и повидлом, чай. Нам дают советы, мы благодарим, а утром на завод в смену. Так начался мой трудовой период. Меня назначили старшим аппаратчиком сушильного отделения. Я начал получать зарплату. Как неохота было уходить с работы, когда приходила смена! Мне присвоили звание ударник. После партия дает клич, что надо овладевать техникой, чтобы она делала чудеса. И вот мы опять за партами, но уже после работы».

Первым начальником действующего цеха был Иван Степанович Егоров, а затем его сменил Дмитрий Кириллович Панарин.  Активный участник Гражданской войны, боец Первой Конной Дмитрий Панарин был направлен на Воскресенский химкомбинат в 1934 году после окончания Военно-химической академии. Он проработал на комбинате всего три года. Но товарищи по работе и бывшие подчинённые тепло вспоминали о Дмитрии Кирилловиче, увлечённом и энергичном инженере, внимательном и заботливом руководителе.

Из воспоминаний работницы завода Жуковой:

«Таких начальников теперь, наверное, уже нет. Дмитрий Кириллович знал каждого рабочего, его имя, отчество и фамилию. Знал, кто чем дышит, кто как живет. Он в ту пору ходил по комнатам (отдельных квартир тогда, конечно, ни у кого не было)».

В 1937 году его перевели директором Невского химзавода, однако Дмитрий Панарин на всю жизнь сохранил связь с предприятием, давшим ему путевку в жизнь. При задушевных встречах участник Великой Отечественной войны, кавалер орденов Красного Знамени и Красной Звезды традиционно вспоминал своих соратников, особенно павших в боях химиков.

Коллектив цеха практически был укомплектован выпускниками фабрично-заводского училища № 15. Молодежь быстро сдружилась и охотно принимала участие во всех начинаниях. В цеху был свой отличный буфет, парикмахерская, свой портной, который шил по лекалам спецодежду. Она была летняя, зимняя, и даже выходная, в которой ходили на демонстрации и другие праздники. С большой долей вероятности цех можно было бы назвать цехом образцового и культурного содержания.

В августе 1932 года был введён в строй Лопатинский рудник. На уникальном горнодобывающем предприятии было установлено оборудование, закупленное в Германии. Обслуживающий персонал прошёл обучение на заводе «Любек», однако профессионализм стал появляться у них только с первым ковшом добытой руды.



Директору комбината Константину Максимову предстояло в кратчайшие сроки вывести рудник на проектную мощность. Перебои в поставках сырья приводили к внеплановым остановкам, поломке оборудования и очень выматывали людей.  Наладка производства проходила очень сложно. В начале 1933 года горнодобывающие предприятия Воскресенский и Лопатинский рудники вывели из состава комбината. Однако реорганизация не привела к ожидаемым результатам. 1 ноября, после ликвидации Центрохимтреста, в состав комбината были переданы как указанные два рудника, так и Егорьевский рудник, находившийся в составе треста «Союзфосфорит».  Начался процесс освоения новых мощностей.

Ефим Рубинчик

Несмотря на то, что первостепенной задачей являлось строительство завода и ввод новых производственных мощностей, комбинат начал строить жильё и возводить капитальные кирпичные строения. В 1933 году фабричная заводская семилетняя школа №1 приняла первых учеников. Вскоре из барака туда был переведён Дом пионеров и детская техническая станция (ДТС) с авиамодельным кружком. На демонстрациях ребята гордо несли модели самолётов, изготовленные своими руками.  Впервые, вдали от заводской проходной по улице Октябрьской сдавали первые кирпичные, трёхэтажные дома. Передовикам производства, ударникам выдавали ордера. И пусть это были дома коридорного типа, но в комнатах было тепло и уютно.

Под заводское общежитие использовалось и имение Лажечникова. В большом главном корпусе завода и двухэтажной пристройке жили рабочие цеха суперфосфата. Их переселили из барака, который оказался непосредственно под канатной дорогой. Были случаи, когда вагонетки задевали печные трубы.  В новом месте была совсем иная обстановка. Чистые и просторные комнаты. Койки железные с подшипниками, тумбочки, чудесный вид на Москву-реку.  Наверху «красный уголок», где по вечерам собирались обитатели и занимались художественной самодеятельностью. Многие играли на балалайках, гитарах. Часто «на огонёк» заглядывал секретарь парткома Ефим Рубинчик.  Этот человек успевал побывать везде. К нему обращались даже жители района, и всегда он находил время со всеми поговорить и помочь в чем-то.  Жители ласково его называли «Рубульничек».

Особой заботой и вниманием администрации, завкома и парткома комбината пользовался чудесный уголок города — старинный парк, сохранявший историческое наследие края.  В парке всегда поддерживалась идеальная чистота и порядок.



Из воспоминаний директора парка М.И.Мастерова:

«Это местечко, пожалуй, можно сравнить с местами лучших парков. Здесь всегда хорошо отдыхать. Красивые аллеи, вековые липы в летную жару создают прохладу, чистый воздух, липовый аромат. Отдыхающие приходили семьями, с друзьями, часто приносили небольшие корзинки с продуктами, пили чай, угощали друг друга, веселились. После всё убирали за собой. Что характерно, милиции по вечерам совсем не было. Вечерами за порядком следили бригадмильцы (бригады добровольных помощников милиции), у каждого был милицейский свисток.  Они между собой согласовали сигналы и уже знали по свистку, что за происшествие происходит в той или иной части парка. Это была гроза для хулиганов.

В парке было установлено панно с символическим изображением 15 республик Советского Союза, оформленное художником Михаилом Ананьевым, которое неизменно вызывало восторг посетителей.

Пруды парка всегда содержались в чистоте, за ними следили. Ил выгребали вручную и на лошадях увозили, используя по-хозяйски, как удобрение.  При чистке прудов, воду спускали в последний пруд. Чистую воду закачивали насосами из Москвы-реки».

На фото К.Максимов — стоит на подножке автомобиля В.И.Ленина (задний план)

Второй директор комбината — Константин Максимов родился в 1894 году в Киевской губернии в крестьянской семье. В поисках лучшей жизни они переехали в Самару, где он приобщился к революционной деятельности. В 1915 году Константина за подпольную работу приговорили к большому тюремному сроку. В марте 1917 года отряды рабочих и революционных солдат Самары арестовали полицейских и жандармов и освободили из тюрем всех политических заключенных. Так оказался на свободе и Константин Максимов. Он отправился в Москву, где коммунисту Максимову дали первое партийное задание – объединить мелкие профсоюзные организации деревообработчиков. Долгие дни и весенние вечера пропадал агитатор Максимов в деревообделочных мастерских. В марте 1917 года союз деревообделочников выдвинул его депутатом в Московский Совет рабочих депутатов.

В дни Октябрьской революции он возглавлял разведывательный отдел Московского военно-революционного комитета. В июле 1918 года на V Всероссийском съезде Советов Максимов был избран членом президиума Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета (ВЦИК). 10 июля 1918 года съездом была принята первая Конституция РСФСР. Она была подписана всеми членами президиума ВЦИК, в том числе и Константином Гордеевичем.

В Гражданскую войну Максимов служил членом Реввоенсовета и чрезвычайным уполномоченным по снабжению армии на Восточном фронте, участвовал в разгроме армии Колчака.

В 1923 году его направили на Украину, где работал членом президиума Высшего Совета Народного Хозяйства (ВСНХ) СССР и председателем СНХ Украины, заместителем председателя СНК УССР.

После работы на комбинате в 1934 году Константин Гордеевич вернулся в Москву в Главное управление льняной промышленности Наркомата легкой промышленности. Константина Гордеевича арестовали по доносу 1 июля 1937 года. Максимов провел в тюрьме почти четыре месяца. 27 октября 1937 года его приговорили к высшей мере наказания по обвинению в «подготовке терактов и участии в контрреволюционной организации». Приговор был приведен в исполнение в тот же день. Ему было всего 43 года.

Константин Гордеевич Максимов был реабилитирован в 1955 году. Именем Максимова в 1965 была названа улица в Щукинском районе Москвы.

Константин Максимов прожил короткую и напряженную жизнь, отдав всего себя служению Отчизне. Благодарная память о нём жива и по сей день.

 Галина Васильчук, главный хранитель фондов отдела краеведения МУК «ВЦБС»


#воскресенск #новости #куйбышевец #нашхим #воскресенскийкраевед

Поделиться:

Комментарии закрыты.