1812 год в истории земли Воскресенской — Воскресенская газета Куйбышевец

1812 год в истории земли Воскресенской

На земле наших предков активные боевые действия во время Отечественной войны 1812 года не велись. Однако непосредственная близость к Москве, которая стала активной участницей тогдашних событий, вовлекла в события войны людей, живших в Новлянском, Кривякино, Воскресенском, Маришкино и других деревнях и сёлах Коломенского и Бронницкого уездов.  Французские войска всего-то не дошли до границ наших земель около 20 вёрст. Многие наши земляки пополнили ополчение,  имя владельца воскресенских земель Александра Остермана-Толстого золотыми буквами вписано в книгу Героев войны 1812 года, а знаменитый исторический романист Иван Лажечников, дошедший с русскими войсками до Парижа, оставил нам бесценные воспоминания очевидца.



В 2020 году мы отметили 250 лет со дня рождения Александра Ивановича Остермана-Толстого и 230 лет со дня рождения Ивана Ивановича Лажечникова.  Сегодня мы вспомним их, ведь они оставили яркий след в истории нашего края.

Война 1812 года в юго-восточном Подмосковье мало исследована краеведами, в основном, все источники описывают  взятие  французской армией  Москвы. Известно, что из оставленной русскими войсками столицы, армия и беженцы отступали по рязанской дороге.  Из истории мы знаем, что все (в том числе и Наполеон) думали, что Кутузов решил  отступать в направлении Коломны. Но неожиданно для всех 17 сентября русское войско повернуло и направилось к Подольску. На Рязанской дороге были оставлены два казачьих полка под командованием полковника Ефремова, которому Кутузов дал приказание сыграть роль арьергарда армии и отвлечь на себя внимание французов. Это все привело к тому, что французы «потеряли» из виду наши войска. За это время Кутузов с основными силами успел  отойти на Калужское направление к известному с тех пор селу Тарутину.

Французы, приняв казаков Ефремова за всю армию, преследовали их. Миновав Бронницы, приняли последний бой у деревни Старниково, расположенной  примерно в двадцати верстах от современного Воскресенска, где  поняли, что шли по ложному следу и русская армия исчезла. Ища пропавшую армию Кутузова, войска рассыпались по окрестностям Бронниц: грабя, разоряя и убивая.

Но распылённость французских сил сыграла с ними дурную шутку. В окрестностях воскресенских деревень  Юрасово и Левычино отряд неприятеля был истреблён местными крестьянами. До сих пор старожилам  известны места захоронения, которые местные жители зовут «французскими могилами». В Марчугах и Карпово долго стояли французские пушки, из которых даже стреляли. В Марчугах таким образом открывали ярмарки, а в Карпово такая пушка стояла на колокольне церкви.

Давайте восстановим события осени 1812 года вместе с двадцатидвухлетним Иваном Лажечниковым, который оставил воспоминания о тех днях: «Стали к нам приближаться переселенцы с тех мест, которые занял уже неприятель. Толпы, большею частию дети, женщины, старики, переходили с места на место, нередко по ночам освещаемое кострами, воздвигаемыми из собственных домов. Где могло остановиться это переселение? Никто не ведал; знали только, что к восходу солнечному, к Сибири, шел народ. В эту тяжкую годину все делились между собою, как братья; каждый, кто бы он ни был, садился за чужой стол, как семьянин; многие богачи сравнялись с бедняками, и часто бедняк из сумы своей одолжал вчерашнего богача. Все это казалось, в годину общего бедствия, делом очень обыкновенным». Эту грустную картину наблюдал будущий писатель, когда из Москвы направлялся в своё имение Кривякино.

Как и весь русский народ, Лажечников близко к сердцу принял эти трагические события. Вопреки воле родителей добровольцем уходит в народное ополчение. Зная о его намерении, отец приставил к нему слугу, но молодой барин, проявив смекалку, спустился по дереву с балкона второго этажа и с           друзьями отправился в только что покинутую неприятелем Москву.  Иван Лажечников описал пожар Москвы, который будущий писатель наблюдал из усадьбы Кривякино: «Через несколько дней узнали мы, что Москва занята неприятелями… В первый вечер, следовавший за печальной вестью, в северной стороне от нашей деревни разостлалось по небу багровое зарево: то горел, за восемьдесят верст от нас, первопрестольный город, и всем нам казалось, что горит наше родное пепелище. Несколько дней кряду, каждый вечер, Москва развертывала для нас эту огненную хоругвь. При свете ее сельские жители собирались толпою перед господским домом или перед церковью, молились и вздыхали о потерянном Сионе. Тяжким свинцом пало уныние на душу нашу; казалось, все ждали последнего часа».

И ещё: «Казаки прискакали с вестью, что французы скоро появятся. В казенном селении Новлянском, на противоположном от нас берегу Москвы-реки, ударил роковой набат: это был народный сигнал зажигать свои дома. К счастию, тревога тотчас оказалась ложною, и селение уцелело. Но как неприятель действительно перешел уже Бронницы (в 27-ми верстах от нас), то мы и решились подобру-поздорову выбраться из своего гнезда».

Побывавший с русскими войсками в Париже Иван Лажечников  был награждён орденом «Святой Анны» 4 степени. Орден давал право на дворянство. Он оставил интереснейшие воспоминания о том грозном времени — «Новобранец 1812 года» и «Походные записки русского офицера».

И.И.Лажечников  служил адъютантом у своего соседа – владельца села Ратчино и недолгое время владельца усадьбы Спасское  Александра Ивановича Остермана-Толстого. Об этом неординарном человеке тоже хочется вспомнить с уважением и благодарностью.

Родившийся в 1770 году Александр, пожалуй, самый знаменитый из владельцев воскресенских земель. Его имя входит в первую десятку самых известных русских полководцев ХIХ века. Что касается имения Спасское, в 1780 усадьба была продана Смирновым, поэтому мы можем говорить только о детских годах знаменитого полководца. Но по данным VI ревизии 1811 года Александр Иванович Остерман-Толстой значился владельцем сельца Ратчино Коломенского уезда Московской губернии, где был барский дом, принадлежащий семье Толстых.

Знаменитый исторический романист Иван Иванович Лажечников, проведший свои детские годы в соседнем имении Кривякино, оставил интереснейшие воспоминания о легендарном графе.

Названный в честь полководца Александра Македонского, по обычаю тех лет в 4 года записан он был на военную службу в лейб-гвардии Преображенский полк. К 10 годам  Александр  имел уже чин прапорщика, а в 14 лет явился на действительную службу. Боевое крещение юного офицера пришлось на 1788 год, когда  Толстой  под командованием князя Потёмкина впервые отличился в русско-турецкой кампании. Храбрость при штурме Измаила под командованием Александра Суворова в 1790-м принесла ему первый Крест — почетнейший орден Святого Георгия 4-й степени.

С 1793 года служил под командованием Михаила Кутузова. Недостаток средств, невозможность войти в светское общество тяготило молодого офицера, он искал случая отличиться на поле боя.

Его считали баловнем судьбы. Армейский офицер в 26 лет стал графом, к отцовским имениям Маришкино, Муромцево, Ратчино прибавилось громадное состояние и обширные земельные угодья.

Стремительно развивается и военная карьера Александра Толстого: он становится генерал-майором, в 28 лет – шеф Шлиссельбургского мушкетерского полка, но при Павле I его увольняют из армии – император не жаловал свободолюбивых, а Александр Иванович всегда отличался независимым характером. В 1801 году Александр I вернул опального генерала в строй. Ему подыскивают достойную невесту – родовитую княжну Елизавету Алексеевну Голицыну. Военная служба из источника средств существования превращается для Остермана-Толстого в возможность выполнения долга перед Отечеством.

Прошедший суворовскую боевую школу, он воспитывает подчиненных в духе «Науки побеждать». Из воспоминаний И.И. Лажечникова: «Мелочным интриганом никогда не был, кривыми путями не ходил и не любил тех, кто по ним ходит; никогда не выставлял своих заслуг и ничего не домогался для себя, лести терпеть не мог. Для стрел, откуда бы ни шли, смело выставлял грудь свою, зато солдаты его корпуса не глазами, а желудком были сыты…  Во время объезда корпуса, сверх задушевного «спасибо» солдат получал от него по калачу и доброму стакану водки. Граф строго взыскивал за слишком жестокие телесные наказания». Радовался, когда его стали называть «Наш граф».

С началом войны 1812 года Александр Остерман-Толстой возвращается в строй командиром пехотного корпуса. Отличался храбростью в боях. Участник Бородинской битвы. В Бородинском сражении Остерман-Толстой практически был в самом центре – на батарее Раевского, был контужен, но через несколько дней вернулся в строй. Изображён на знаменитой картине художника Алексея Кившенко «Военный совет в Филях» (сидит четвёртый у окна), где поддержал предложение Михаила Илларионовича Кутузова оставить Москву ради спасения армии.

На другой день после совета Остерман увел свой корпус через Рязанскую заставу, а через трое суток в московском пожаре сгорел его особняк. Пройдя несколько   десятков верст по направлению к Коломне,  корпус вместе со всей армией повернул на запад к Подольску.

Вернёмся к судьбе нашего героя. Вершиной воинской славы Остермана – Толстого стало сражение под Кульмом. Александру Ивановичу ядром оторвало левую руку. Когда графа снимали с лошади, он сказал: «Вот как я заплатил за честь командовать гвардией. Я доволен!»

С новым императором Остерман-Толстой не поладил и покинул Россию. Он много путешествовал, жил в Италии. Закатные годы провёл в Женеве, где и умер в восемьдесят семь лет (1857 год).

Любовь к Отчизне всегда была для него главной вдохновляющей силой. Недаром он как- то сказал одному из иностранцев на русской службе: «Для вас Россия — мундир ваш, вы его надели и снимете, когда хотите. Для меня Россия – кожа моя». Как и Остерманы, передал фамилию и большую часть наследства внуку своей сестры княгини Натальи Ивановны Голицыной. В Швейцарии, Франции, Англии и других странах до сих пор живут потомки полководца.

PS. В 2012 году Центральный Банк Российской Федерации в честь 200-летия победы в Отечественной войне 1812 года выпустил историческую серию монет «Полководцы и герои Отечественной войны 1812 года». Серия состоит из 16 монет. Тринадцатая монета этой серии номиналом 2 рубля — «Генерал от инфантерии А.И.Остерман-Толстой» выпущена 1 августа 2012 года.

 


Елена Юрова, заведующая отделом краеведения Воскресенской центральной библиотеки


#воскресенск #новости #куйбышевец #вкурседела #воскресенскийкраевед

Поделиться:

Комментарии закрыты.