Четверг, 18 мая 2017 17:37

А из города он из Мурома…

 

День  безгрешен,  день  пречист,

Утро  сладкое  как  сон.

На  крыльце  туман  повис,

Стон  капели  в  унисон.

 

Запах  тлеющих  снегов,

Блеск  лампады  на  луне,

Робкий  звук  твоих  шагов -

Колокольный  звон  во  мне.

 

Мою  душу  под  запрет

Март  упрятал  в  рукава.

В  небе  ангелы  и  свет

Да  ушедших  лет  молва

 

И  стою  я  на  краю

Погибающей  зимы,

И  рыдаю  и  пою

Запрещённые  псалмы…

 

(Антон Дынин)

 

В Международный День семьи, который традиционно отмечается 15 мая,  мы пригласили в гости к газете замечательного земляка, отца  многодетного семейства и необычайно творческого человека, поэта и исполнителя песен Антона Дынина.

- Стихи я пишу давно, – рассказывает Антон, – лет с 18 начал. Первая любовь, наверное, сподвигла. А по профессии я музыкант. Сам из Мурома. Учился в музыкальной школе по классу гитары, потом окончил дирижерско-хоровой факультет музыкального училища, народное отделение, и начал работать во  Владимирской филармонии. Пел в вокально-хореографическом ансамбле «Русь», в фольклорном ансамбле «Мурома». Это мужской ансамбль, исполнявший казачьи песни. Затем судьба привела меня в Москву, в хор Центрального телевидения и Всесоюзного радио. Интересное было время! На концертных площадках рядом работали и Людмила Зыкина, и Надежда Бабкина…

К Бабкиной я даже ходил на прослушивание, хотел устроиться в один из её коллективов, и меня почти уже взяли. Отбор по вокалу прошел, но подкачал рост: набирали только высоких. А вот солистом военного ансамбля в дивизии Дзержинского меня приняли с удовольствием. Так что моя артистическая жизнь была насыщенной.

– Вы работали в стольких профессиональных коллективах. Какой из них особенно запомнился?

– Каждый чем-то дорог. Мне нравилась и моя работа, и гастрольная жизнь, и друзья - талантливые люди. Помню, в Муроме со мной работал  Коля Руденко. Он, говорят, даже в музыкальном училище лучше педагогов играл.  Блюзовый музыкант, в свое время в «Арсенале» работал, владеет практически всеми инструментами. Добрейший человек, мухи не обидит, но есть маленькая слабость, может выпить. Однажды собрались ехать во Владимир выступать на радио. А он «не в форме», и мы все время репетировали без него. Но есть у музыкантов от Бога такая особенность, что они все могут схватить на ходу. Приехали. Играем в прямом эфире (у Коли немецкая гитара прекрасно звучит), а в перерывах между песнями с нами корреспондент беседует. И вот она, видя «глубокие страдания» нашего друга, решила его поддеть, и спрашивает: «Что же это все ваши коллеги поют народные песни, играют на баяне, на балалайке…, а вы тут с гитарой. Может, еще на виолончели нам сыграете?». А ему так было худо, что он даже не понял, что происходит, и искренне так говорит: «Ну, давайте виолончель». Тут журналистка и растерялась…

А он вообще рукодельный, и лапти плетет, и сам инструменты делать может. У меня со времен Владимирской филармонии был украинский народный инструмент сопелка. Он как-то увидел, попросил перерисовать, всю обмерил и сделал такую же. Талант. Один из его учеников сейчас у Игоря Бутмана работает.

– А Вы еще и на сопелке играли?

– А как же! Даже «Шутку» Баха. Нас в ансамбле «Русь» заставляли владеть народными инструментами. Танцоры должны были уметь петь, певцы – танцевать. Репетиция начиналась с танцевального класса. И, как положено, со всеми Demi plie. Занятия вел серьезный плясун из Таганрога Григорий Байрак, сам умел все трюки делать и саблями лихо махал. Только потом мы шли в класс петь. А руководителем был Михаил Фирсов, ученик известной Нины Мешко. Великолепный музыкант, но жутко привередливый и придирчивый человек. Любил рассказывать свою историю: «Окончил я «Гнесинку» и пошел работать в Большой театр. Ну и что «Большой»!? Я же музыкант, а сижу в яме! А на сцене балерины пляшут, и вся пыль на меня. Нет! Я в яме сидеть не буду!». При этом его элегантные усики так презрительно дергались! Он был настоящий артист и Заслуженный деятель искусств.

– На заграничных гастролях бывали?

– Побратимом Владимира был баварский город Эрланген. И вот коллеги стали собирать группку и ездили туда с гастролями. В начале 90-х русское народное творчество за границей было на пике популярности. Артистов отлично принимали. Наши везли на гастроли самовары и  гжель, а обратно приезжали на подаренных иномарках. Я тоже хотел так поездить и мир посмотреть, но мне не повезло.

Потом, когда я работал в «Муромах», к нам тоже приезжал один французский ансамбль из Алансона.  Кстати, была там девушка, которая ни на минуту не выпускала из рук свою скрипку. А я все просил: «Шарлотта, ну дай на скрипке поиграть». Она – ни в какую. Наконец все-таки разрешила. Я довольный собой сыграл «Кузнечика». А потом узнал, что это была скрипка Страдивари.

В общем, мы подружились с французами, и они нас пригласили к себе. Поездка должна была состояться следующим летом, и я с нетерпением ее ждал, но судьба распорядилась иначе. Мы поехали выступать в МГУ на день студента, а на обратном пути решили отметить свой успех, за разговорами под хмельком наш руководитель зацепил моего друга, я вступился, ну и поссорились. Кончилось тем, что он меня выгнал со словами: «Будешь свои речи на  заводе толкать!». Так вместо французских гастролей я отправился во Дворец культуры руководить клубом бардовской песни.

– И что потом?

–  Потом была Москва. Как только приехал, сразу пришел на прослушивание в «Гнесинку». Вхожу, немного смущаясь своего вида: времена тяжелые, прикид мой неважный, ботинки рваные. А там та самая Нина Константиновна Мешко, руководитель Государственного академического Северного русского народного хора.

- Ну, - спрашивает,– что споете?

- Про Илью Муромца! 

Начал петь, а она тональность все выше и выше поднимает… Дослушала и вдруг говорит: «А не хотите ко мне в Архангельск поехать?». Это было предложение, которому стоило бы обрадоваться, но я тогда никак не мог уехать, и честно сказал, что хотел бы остаться в Москве. Тогда она меня отвела к руководителю Академического хора русской песни Центрального телевидения и Всесоюзного радио Николаю Васильевичу Кутузову. По ее рекомендации он меня взял без всякого прослушивания.

– Вы там, как говорят, вписались?

 – Да. Это был большой коллектив: более 50 артистов хора, плюс танцевальный ансамбль и оркестр. Середина 90-х. Мы никуда не ездили, работали только в Москве, потому что коллектив, вообще, создавался специально для студийных записей, которые потом использовались на телевидении и радио, звучали в художественных фильмах.  Руководитель наш когда-то в детстве снялся в фильме «Тимур и его команда» (1940 г.), сыграл Гейку, а теперь был Народный артист СССР, профессор, президент хорового общества России. Его уважали все.

Мы записывали много народных песен: обрядовые, свадебные…  На репетицию приходишь, получаешь ноты тематической подборки и начинаешь потихоньку учить. Потом запись.

Приходилось и в прямом эфире выступать, что иногда сопровождалось разными казусами. Однажды диктор, объявляя песню, оговорилась, и вместо «Перевоз Дуня держала» сказала «Паровоз…». Все чуть не легли, потом эта история стала одной из легенд коллектива.

Работа была любимая, трудились, как положено певцам, по четыре часа в день, но зарплаты были маленькие. И я начал петь в электричках.

Мужики даже и шутили: «У тебя в электричках зарплата, а здесь подработка». 

– И долго так Вы пели на ходу?

–  Лет 20. Начал где-то в году 1995-м. В репертуаре было в основном ретро: песни Ободзинского «Льет ли теплый дождь…», потом «Сиреневый туман», «Есть только миг…»… Аккомпанировал себе на гитаре. Там, в электричке  и жену повстречал.

– Вот как! Заслушалась и полюбила?

– Наверное! Я тогда снимал квартиру в районе Удельной, и она жила недалеко. Так и поженились. А теперь у нас уже 10 детей.

В электричке у меня постепенно появилась своя публика. Люди заказывали песни, плакали, открытки дарили: «Спасибо за то, что вы каждое утро повышаете нам настроение». У меня даже фанаты были, приглашали присесть рядом с собой, угощали, могли щедро заплатить со словами: «детишкам на молочишко». Одним из поклонников оказался конструктор ОКБ им. Туполева Александр Леонидович Пухов. Очень хороший человек, мы подружились, и  даже потом приезжал к нам в гости.

Именно он в трудный момент устроил меня в ЛИИ им. Громова водителем. Так я и обосновался в этой отрасли. Позже на «МиГе» был водителем, возил технические службы на испытания. До сих пор у меня много друзей и среди летчиков, и среди водителей.

 – Наверное, все они - Ваши поклонники?

 – В общем, да. Меня недавно приглашали на 60-летие главного энергетика «МиГа». Я приехал, выступал, и все были мне рады.

Сейчас работаю на ФКП ГК НИИПАС водителем скорой помощи. И что интересно, начальник мой - Алексей Анатольевич Хмелевской оказался человеком творческим. И стихи пишет, и турслеты устраивает. Как увидел у меня в трудовой книжке записи из артистической жизни, обрадовался.  Мы с ним потом много выступали. Даже песню про туризм написали.

–  У Вас такая большая семья. Легко ли это в наше время?

 – Мы дружно живем в маленьком домике. У нас с женой Олесей 6 сыновей и 4 дочки. Тесновато, конечно, но сейчас есть программа «Жилище» и мы надеемся, что она поможет улучшить наши условия. А что касается многочисленных дел, то сейчас очень помогают по хозяйству подросшие дети. Убираются, готовят, и в огороде что-то сделать могут.

Жена молодец, она энергичная и деятельная. Умеет всех организовать. Поет вместе со мной. Мы вместе любим праздновать дни рождения детей.

– Ваши домочадцы творческие люди?

 – Одна из дочерей занимается танцами. А так, пожалуй, нет, больше спортом увлекаются. Жена таксует. Она профессиональный водитель, и у нее это отлично получается.  

 – А Вы продолжаете писать песни и стихи.

 – Больше стихи. Иногда они приходят стаями, а потом вдруг наступает долгая тишина. Сейчас у меня около 300 стихотворений. Я публиковался в разных изданиях и в Муроме, и в Жуковском,  и в Воскресенске, где я состою в ЛИТО «Радуга» им. И.И. Лажечникова.

– Не скучно после такой яркой творческой жизни работать обычным водителе?

 –  А творчество я не оставляю. По-прежнему пишу, репетирую, выступаю на разных мероприятиях. Недавно записал альбом в нашей воскресенской студии, вместе с сыновьями принял участие в Библионочи.  Место для творчества найдется в жизни всегда!

 

Беседовала Ирина Александрова
Прочитано 450 раз