Пятница, 17 февраля 2017 09:46

История одной русской семьи

Отец Алексий Крылов, священник храма Иоанна Златоуста в Новлянском, посоветовал мне познакомиться с жительницей посёлка Медведка Верой Ивановной Бурмистровой, дед и прадед которой жили в селе Новлянском. Фамилия их была Коняевы, а памятник церковным старостам Коняевым до сих пор цел в ограде Новлянской церкви. Я решил последовать этому совету и обратился к Вере Ивановне с просьбой рассказать о своих предках. Разговор наш, весьма для меня интересный, продолжался около двух часов. Вот основные нити ее рассказа.

  Прадед Василий Петрович

Прадедушка Веры Ивановны – Василий Петрович Коняев родился в 1850 году. Он работал управляющим у князя Чавчавадзе, управлял его имением в Воронежской губернии. Когда старый князь умер, Василий Петрович стал проситься в отставку у молодого князя, его сына, но тот из-за границы прислал приказ дожидаться его возвращения. Только через несколько лет молодой князь вернулся в Россию и, проверив состояние имения, отпустил управляющего. После чего Коняев приехал в село Новлянское и поселился в нем, стал заниматься крестьянским хозяйством, построил себе добротный кирпичный одноэтажный дом недалеко от церкви. Василий Петрович был очень трудолюбивый и любознательный, как рассказывали, ездил специально на станцию Воскресенск, чтобы купить свежих газет, хотел всегда быть в курсе событий. В доме имелась небольшая библиотека, выписывался журнал «Нива». По документам 1897 г. мы видим, что в Бронницком уезде проживал крестьянин села Косяково Василий Петров сын Коняев. Судя по этой записи, Василий Петрович родился и вырос в Косякове и еще в 1897 году официально числился членом косяковской крестьянской общины, хотя постоянно жил в Новлянском. Соседом Коняева стал Панфил Яковлевич Тихомиров, другой зажиточный житель села. Дом его, деревянный, двухэтажный стоял напротив дома Коняева, через улицу. Панфил Яковлевич занимался лесоторговлей, производством кирпича и числился «временным раненбургским купцом». Позднее он оставит купеческое звание и вернется в крестьянское сословие. В 1880-е годы П.Я. Тихомиров состоял попечителем Новлянского смешанного училища (оно располагалось тогда в его доме и полностью содержалось им) и одновременно исполнял обязанности церковного старосты Иоано-Златоустовского храма. Василий Петрович Коняев высмотрел себе невесту в доме соседа и женился на Татьяне Фёдоровне Тихомировой, которая была старше его на 10 лет.

У них родились двое детей, сын Василий (1876 года рождения) и дочь Вера. Вера позднее вышла замуж за одного из Корябкиных. Самыми богатыми семьями в Новлянском были Ларины, Тихомировы, Корябкины и Коняевы. В Новлянском Коняевы держали переправу через Москву-реку – плавучий разводной бревенчатый мост, и заправляла этим почему-то Татьяна Фёдоровна, женщина довольно своевольная. Василий Петрович с таким положением дел, скрепя сердце, мирился. У одного из предшественников Коняевых – Епифана Юрасова, который ещё в 1885 году «взял под себя» новлянскую переправу, расценки были такие: по 20 копеек с подводы (подвода – груженая телега с лошадью и возницей) и по пятачку с пешехода. В половодье перевозили на лодках и брали дороже. Заработок был верный. О переправе в Новлянском и её хозяйке Татьяне Коняевой в своей книге «На берегах родной реки» написал несколько строк здешний уроженец, журналист Владимир Фролов:

«В старые времена в Новлянском был наплавной мост. Переправу держали богатеи Коняевы. В небольшой избушке на берегу сидела старая Татьяна Федоровна Коняева и собирала дань и с пеших и с конных. Когда вдали раздавался пароходный гудок, наемные перевозчики длинными баграми разводили половину моста по течению.

Пароход проходил мимо избушки, капитан бросал хозяйке палку с привязанным кошельком – платой за развод моста. Говорят, однажды какой-то капитан по неизвестной причине не бросил денег.

– Ах ты, золотая орда! – кричала старуха. – Я те покажу!

Подручные Татьяны Федоровны камнями побили стекла на пароходе. Таковы были неписанные нормы «деликатного обхождения» хозяйки переправы с речниками. А ребята сочинили про нее частушку:

Изба нова, тесом крыта,

На углу сума прибита,

Кто ни едет, кто ни йдет –

Всякий денежку кладет!

Наплавной мост просуществовал почти до самой Отечественной войны. Бревна за долгие годы службы так прогнили, обросли зеленой тиной и бодягой, что уже не могли держать не только автомашину, но и груженую подводу. Вместо него построили понтонный мост, который считался тогда чуть ли не последним словом техники».

 Ограбление по-новлянски

 Сын Василия Петровича Василий Васильевич Коняев женился на Марии Ивановне Куликовой. Она была москвичка, ее отец, мастер-краснодеревщик Иван Павлович Куликов в молодости пришел в Москву из деревни Лачуги Владимирской губернии, обучился ремеслу столяра и постепенно достиг положения владельца небольшой мастерской по производству мебели. Он жил в Москве на Таганке, в собственном одноэтажном доме, по адресу Тихий тупик, дом 1. До революции этот тупик назывался Монастырский, он располагался рядом с Покровским монастырем (где лежат ныне мощи святой Матроны Московской). Дочери и зятю Иван Куликов подарил несколько предметов мебели собственного изготовления, все очень красивое и крепкое.

Василий Васильевич исполнял в церкви Иоанна Златоуста в селе Новлянском обязанности церковного старосты и можно сказать, исполнял их не щадя себя. Как рассказала Вера Ивановна, в марте 1911 года церковь обокрали и 35-летний Василий Коняев, легко одетый, бросился в погоню за ворами. В результате он сильно простудился и заболел воспалением лёгких. Лечить эту болезнь и сейчас непросто, а в те годы и подавно. Проболев несколько недель, в середине мая Василий Васильевич скончался. Его похоронили внутри церковной ограды, с южной стороны храма, у калитки и первого окна, на месте нынешней дорожки. Вместо сына должность церковного старосты стал исполнять отец – Василий Петрович Коняев.

Воров, обокравших новлянскую церковь, по горячим следам поймали, об этом писала газета «Русские ведомости» в номере за 27 марта 1911 года: «Святотатство. В ночь на 19 марта в с. Новлянском, Бронницкого у., неизвестными святотатцами был обокраден местный храм на сумму более 900 р. На месте преступления был найден клок от овчинной шубы. Этот клок дали обнюхать полицейской собаке-ищейке "Розе", находящейся при Бронницком полицейском управлении. "Роза" привела к дому местного крестьянина села Новлянского Алексея Кашина, у которого в шубе был вырван большой клок овчины, место которого пришлось в мерку оставленному святотатцами. Затем собака "Роза" привела в чайную и бросилась на кр. Евтихеева. Уличенные святотатцы задержаны и сознались». В более краткой заметке другой газеты – «Московского листка», за 24 марта, сообщалось: «Из под Москвы. В ночь на 19 марта из церкви села Новлянского, Бронницкаго уезда, через взлом решетки была совершена кража части церковной утвари и небольшой суммы денег».

Поднять внуков 

После Василия Коняева осталось четверо ребятишек: Иван, Анна, Татьяна и Валентин, старшему было 5 лет, а младшему всего неделя от роду. Заботу о маленьких возложил на себя дедушка Василий Петрович, он много работал по крестьянству и заодно приучал к труду внуков. Вообще, как вспоминали внуки, трудились в семье Коняевых от зари до зари, до седьмого пота. У Василия Петровича имелись свои лошади, коровы, поросята, рядом с домом он соорудил редкую в ту пору в крестьянских хозяйствах отапливаемую теплицу и к празднику Пасхи у него были огурцы. Усадебная земля Коняевых тянулась полосой на 200 с лишним метров, до линии кладбища.

В опубликованных документах Бронницкого земства встречается упоминание о В.П. Коняеве. Процитируем доклад за август 1910 г. агронома 2-го участка Александра Ульяновича Залоги: «Село Новлянское сеет клевер в правильном четырехпольном севообороте, начиная с 1904 года, без пропусков пересева. Здесь же можно встретить крестьян (с. Новлянское и Гостилово), ежедневно отправляющих молоко на продажу в Москву, через станцию Воскресенск Моск.-Казан. ж.д. Если добавим, что некоторые крестьяне держат по 10 и более коров (кр. Вас. Петр. Коняев, с. Новлянское), то, мне думается, что, определение развития земледелия в сторону развития травопольного хозяйства не будет ошибочным» (Бронницкое уездное земское собрание очередной сессии 1911 г. Экономическая часть. М., 1911. С. 31.).

Во время 1-й Мировой войны, когда в Центральную Россию приехало много беженцев из оккупированных немцами западных губерний, 65-летний Василий Петрович взял себе в помощь работника – литовца. Его звали Иван Михайлович Ромашко, родом он был из-под Каунаса. Иван Ромашко, трудолюбивый и в высшей степени порядочный человек, произвел очень хорошее впечатление на хозяина и тот, умирая в 1921 году, наказал своей снохе выйти за него замуж. Мария Ивановна так и поступила и не прогадала, он оказался хорошим и верным мужем.

 Как Коняевы остались без дома. История Марии Ивановны

 Василий Петрович Коняев, как уже сказано выше, умер в 1921 году, прожил около 71 года, его, как церковного старосту похоронили также в церковной ограде, рядом с сыном.

После революции 1917 года победившие большевики относились с явной и подчеркнутой враждебностью к зажиточным крестьянам, подвергая их различным атакам. Особой симпатией властей пользовались бедняки, а справных хозяйственных мужиков власти периодически доили, заставляя бесплатно отдавать хлеб. Непокорных раскулачивали (лишали всего имущества), а некоторых вообще отправляли в места не столь отдаленные. По рассказу Веры Ивановны их семья также пострадала от «революционеров». Это было уже во время коллективизации, в 1932 году. Однажды, когда бабушка Мария Ивановна уехала в Москву навестить своих родственников на Таганке, в дом Коняевых пришли активисты и предъявили бумагу, где было предписано: сдать до истечения суток определенное количество пудов хлеба. Бумагу вместо отсутствующей хозяйки взяла дочь, мама Веры Ивановны 1909 года рождения. Мария Ивановна вернулась из Москвы поздно вечером (паровики тогда ходили редко), пока насыпали хлеб в мешки, пока везли на станцию Воскресенск (сдавать нужно было там), вышел срок. Хлеб сдали полностью, но с опозданием. В результате хозяйство Коняевых в Новлянском подвергли раскулачиванию, дом отобрали, а Марию Ивановну присудили к ссылке. Приговор нарсуда Коломенского района от 27 апреля 1932 года гласил: статья 61 часть 3, три года ссылки с исправительно-трудовыми работами и конфискацией имущества. Ссылку она отбывала в Сибири, на Ангаре, работала прислугой у местной учительницы. На Ангаре «кулачка» Коняева отбыла срок и стала собираться на родину. Почти одновременно с отбытием ссылки (10 мая 1935 г.), ее частично амнистировали – сняли ограничения, связанные с судимостью. Денег на дорогу у Марии Ивановны не было ни рубля, и она попросила помощи у жителей ангарской деревни. Те скинулись всем миром и собрали ей на дорогу. Вернувшись, Мария Ивановна стала жить в пристанционном поселке у дочери и ее мужа, а позднее перебралась с ними вместе на Медведку, там же жил и работавший возчиком Иван Михайлович Ромашко. Первым делом она раздобыла денег и выслала их на Ангару. Выручившие ее сибиряки прислали в ответ доброжелательное письмо, в котором говорили, что возвращение денег стало для них приятной неожиданностью. Мария Ивановна Коняева-Ромашко (в девичестве Куликова) пережила всю войну и послевоенный голод, она скончалась в 1949 году, 63 лет, похоронена у стен Иоанно-Златоустовского храма, рядом с мужем и свекром. Её второй супруг Иван Михайлович Ромашко умер в 1946-м, в мае, в том же возрасте, его погребли на Новлянском кладбище. Похороны Марии Ивановны проходили очень торжественно, с вынесением из храма иконы Иерусалимской Божьей Матери. Теперь расскажем немного об её детях.

 Судьбы потомков

 Первенец Василия и Марии Коняевых, Иван родился в 1905 году, жил в Москве, служил в военизированной пожарной части, дослужился до подполковника. В 1937 году его арестовали, но вскоре выпустили. Скончался Иван Васильевич Коняев в 1968 году. За 15 лет до смерти он перенес инсульт, был парализован. От жены Екатерины Павловны (в девичестве Предтеченская, из семьи священника) у него родилось 5 детей, три дочери и два сына, 1929-1949 гг. рождения. Еще один его сын, Виктор Иванович Цветков, от другой женщины (появился на свет вне брака, за несколько лет до женитьбы на Екатерине Предтеченской) 18-летним юношей погиб в битве на Курской дуге. Потомки Ивана Васильевича Коняева, дети, внуки и правнуки живут сейчас в Москве и в самых разных уголках России.

Следующий ребенок – дочь Анна, 1907 года рождения. Жила в Кунцево (тогда это был пригород Москвы), работала главным бухгалтером Кунцевского райпотребсоюза. Умерла 11 августа 1964 года. Похоронена Анна Васильевна на Воскресенском кладбище. Муж ее, подполковник Рассказов Александр Петрович, также уроженец села Новлянского, похоронен вместе с ней. Единственный их ребенок, мальчик, умер 4 лет от роду, выпил по недосмотру взрослых кипятка и вскоре скончался.

Мама Веры Ивановны – Татьяна Васильевна Коняева, по мужу Шилова, родилась 24 декабря 1909 года. Вышла замуж за Шилова Ивана Васильевича, семья родителей её мужа жила в пристанционном поселке станции Воскресенск, а родным дядей Ивана Шилова был его тезка Иван Алексеевич Шилов (1871-1960), крестьянин деревни Лопатино, интереснейшие воспоминания которого о дореволюционной жизни записаны дочерью А.И. Полищук и опубликованы в районной газете «Наше слово» во второй половине 1991 года. Татьяна Васильевна окончила Новлянскую начальную школу (ее учителями были Марья Агеевна и Николай Михайлович Сыровские), затем – семилетку в Орехово-Зуево. Работала на Воскресенском химическом комбинате старшим бухгалтером, заведовала сектором материальной группы (в молодости, когда мать раскулачили и выслали, на работу Татьяну долго не брали). Муж ее, Иван Васильевич Шилов 1906 года рождения, окончил рабфак в Коломне. Он был очень умный, талантливый и технически одаренный человек, много знал, мог делать разные детали и устройства без всяких чертежей. До войны Иван Шилов работал в Люблино (еще один пригород Москвы). В действующую армию его призвали в Плесецке, в 1942 году. На войне был ранен (пуля осталась в руке), дослужился до звания младший лейтенант, награжден орденом Красной звезды, медалями.

 После войны вернулся в Воскресенск, работал на заводе «Красный строитель» бригадиром слесарей ремонтно-механического цеха. Семья сперва жила в доме его родителей в пристанционном поселке Воскресенск (дом этот располагался за магазином Мосторга, чуть-чуть левее), потом в доме бабушки там же, на станции, но во второй половине 1930-х годов из-за строительства Каширской линии железной дороги дом пришлось разобрать и перевезти на только-только возникший тогда посёлок Медведка. Он встал на своей улице первым со стороны села Воскресенского. В 1957-м Иван Шилов построил на своем участке новый дом. Еще ранее пробурил скважину на воду и устроил колонку. Умер Иван Васильевич Шилов 17 февраля 1970 года, 63 лет от роду. Татьяна Васильевна намного пережила мужа, она ушла из жизни 10 июля 1988 года.

Младший сын – Валентин Васильевич Коняев родился 6 мая 1911 года, за неделю до смерти своего отца, работал на Воскресенском химическом комбинате, сначала рабочим, позднее – механиком в сернокислотном цеху. Построил себе дом в посёлке за больницей. Болел Валентин Васильевич пневмосклерозом и сердечной недостаточностью. Умер в 1974 году. Похоронен на Воскресенском кладбище. У Валентина Коняева родилось шестеро детей (все жили в Воскресенске): Лидия (умерла в детстве), Раиса (по мужу Сигова), Нина (Глазкова), Лидия (Мясникова), Ирина (Туманова), Владимир, а также девять внуков. Из детей сейчас жив только сын Владимир, все сестры уже ушли из жизни.

Заметный вклад в науку энтомологию внесла старшая сестра Веры Ивановны, старшая дочь Ивана и Татьяны, Алевтина Ивановна Шилова. Она появилась на свет 10 февраля 1929 года, в детстве перенесла тиф, но выжила. В 1941-м и в последующие военные годы Аля вместе с одноклассниками работала летом и осенью в колхозе, в первый год им заплатили очень хорошо – привезли на Медведку мешок гороха и 8 мешков картошки, но в последующие годы такого уже не было. Алевтина Шилова окончила с серебряной медалью 1-ю школу в Воскресенске, поступила и училась в МГУ на биофаке, по окончании университета поступила там же в аспирантуру, защитилась, на работу была распределена в Институт биологии внутренних вод Академии наук СССР. Директором в нем работал знаменитый полярник Иван Дмитриевич Папанин, а научным руководителем трудился Борис Сергеевич Кузин, близкий друг поэта Мандельштама. Институт располагался на Рыбинском водохранилище, Некоузский район Ярославской области, поселок Борок. В 1974 году Алевтина Шилова возглавила одну из лабораторий своего института. Изучали в ней некусачих комаров (оказывается, есть и такие). В 1975 году защитила докторскую диссертацию, стала доктором биологических наук и профессором. В 1976 году в издательстве «Наука» вышла в свет монография А.И. Шиловой – «Хирономиды Рыбинского водохранилища», объёмом 253 страницы и тиражом 950 экземпляров. Хирономиды – это и есть некусачие комары, личинки которых (мотыль) служат основным кормом пресноводных рыб Нечерноземья. Мужем Алевтины Ивановны (фамилию она не меняла) стал Владимир Александрович Доброцветов, сотрудник расположенного рядом геофизического института. Сын их – Михаил Доброцветов стал врачом, он со своей семьей живет и работает в поселке Дубровка Брянской области. Там, у сына, Алевтина Ивановна жила последние годы. Она умерла 10 апреля 2010 года

Сама Вера Ивановна Шилова, по мужу Бурмистрова, родилась в 1937 году, училась сначала в начальной школе села Воскресенского, потом перешла в среднюю школу № 1 (в школу приходилось ходить с Медведки в город пешком почти за 5 км), хотела поступить учиться в МОПИ на преподавателя иностранных языков, но, к сожалению, не прошла по конкурсу, не хватило одного балла. Поступила и окончила Коломенский строительный техникум. Всю жизнь отработала на «Красном строителе», сначала техником, потом без отрыва от производства выучилась в Воскресенском филиале ВЗПИ и трудилась инженером в проектном отделе. Сейчас Вера Ивановна на пенсии, у нее две взрослые дочери, внуки.

Память

 В семье о многих событиях прошлого старались не говорить. О некоторых так и не было рассказано, например, о дальнейшей судьбе родного дома в Новлянском. И много десятилетий спустя жители села продолжали звать его «коняевским». В 1980-е годы дом, заброшенный, никому не нужный, был еще цел, Вера Ивановна со старенькой мамой приходили навестить могилы близких и подходили к нему. Но говорить о событиях, связанных с утратой родового гнезда маме было тяжело, разговоры эти обрывались. Чувствовалась незажившая рана, обида, обида незаслуженная и потому вдвойне тяжелая.

Немалую горечь у мамы Веры Ивановны вызвало известие об уничтожении могилы земского врача Бориса Львовича Кагана. Кагана здешние старожилы любили и уважали. Могила врача-подвижника находится теперь почти под пешеходным мостом, примерно напротив восточного угла новой церковной ограды. В августе 2015 года памятник Б. Л. Кагану, усилиями Светланы Спартаковны Белоус восстановлен, но стоит он в нескольких десятках метров от истинного места захоронения.

Стертыми с лица земли, необозначенными оказались и могилы ктиторов Коняевых у стен Иоанна-Златоустовского храма. Это случилось уже в 1986-87 годы. Маме Веры Ивановны об этом специально не говорили, случайно проговорилась соседка, и горькая весть ускорила её смерть. Старинные памятники, находившиеся внутри ограды, все перемещены в пространство напротив алтаря, в том числе, и памятник Коняевым, там же можно увидеть и надгробия здешних священников. В 1999 году в этом же месте, напротив алтаря, похоронили матушку Нилу (Евдокию Андреевну Новикову), позднее над ее могилой была воздвигнута часовня.

По рассказу Евгения Алексеевича Евдокимова, сына священника храма Иоанна Златоуста Алексия Евдокимова, в первые послевоенные годы, когда он приехал жить в село Новлянское, в кирпичном Коняевском доме размещалась сельская библиотека. В деревянном пристрое к дому (он располагался сзади) жила семья Дёминых. Двухэтажный дом лесопромышленника Тихомирова, длинный, вытянутый вдоль улицы села, действительно стоял напротив библиотеки, но, по словам Евгения Алексеевича, Тихомировский дом был кирпично-деревянный, 1-й этаж кирпичный, а 2-й – деревянный с деревянными же пристроями. В 40-е годы бывший дом Тихомирова использовался под жилье для трактористов и шоферов Новлянской МТС, а самое лучшее помещение занимал в нем агроном Каргер. Позднее жильцов расселили, а дом снесли. У Коняевского же дома треснул фундамент, библиотека из него переехала, и он действительно долгое время стоял пустой. Сейчас на этом месте поселился новый хозяин. Он обложил старую постройку кирпичом и достроил второй этаж.

Андрей Фролов
На фото: обряд освящения воды в Москве-реке. Село Новлянское
Прочитано 1020 раз