Понедельник, 22 августа 2016 11:09

Первым делом – самолёты?

Человеческая мечта о полёте пока не осуществилась. Имеется в виду блаженное парение в воздушном пространстве, которое многие испытывали во сне, но наяву, увы, никто. Однако использование самолётов, как средства передвижения, уже давно никого не удивляет. Считается, что воздушный транспорт безопаснее автомобильного, но в последнее время жизнь заставляет призадуматься над этим оптимистичным тезисом. Своими мыслями на актуальную тему с читателями поделился офицер запаса, не понаслышке знакомый с проблемами авиации, Владимир Владимирович Киселёв.

 – Не скажу ничего нового, если констатирую, что количество авиационных катастроф, не только в России, но и во всём мире, очень сильно возросло, – начинает разговор наш гость. - Люди стали бояться  летать, и страх этот нельзя назвать необоснованным.

 – Владимир Владимирович, я понимаю, что Вы имеете в виду, но общепринято считать неизбежными жертвы на любом виде транспорта, так утверждает статистика. Кроме того, в советские времена не принято было сообщать «неприятные» факты, и очень многие события замалчивались, тогда как сейчас пресса всё подробно освещает.

 – Вы озвучили точку зрения малоинформированных слоёв населения. Я с молодых лет служил в авиации, и знаю, о чём говорю. К сожалению, правда в отношении воздушного транспорта достаточно неприглядна.

– А где Вы проходили службу?

 – Окончил Авиационное училище в Перми, и был направлен в Астрахань, прожил там более десяти лет. Наблюдал изнутри жизнь боевой авиационной части, и сохранил по сей день глубокое уважение к профессии лётчика. Не знаю более порядочных и смелых людей. Я же исполнял в то время важную, ответственную, и тоже небезопасную работу.

 – В чём же состояли Ваши обязанности в тот период?

 – Секретность с течением времени снята со многих областей, связанных с оборонной промышленностью, поэтому могу сказать, что в мои обязанности входило обеспечивать «боекомплект» самолётов перед вылетом. Всего объяснить не смогу, а конкретную деталь приведу. Перед боевым вылетом на носителе надо закрепить ракеты, которые затем могут быть выпущены в процессе полёта. Одна такая штучка весит немало килограммов, а её нужно подогнать, поднять, и закрепить под крылом. При этом от неосторожного обращения эта красавица может сдетонировать, а по-простому – взорваться. И это – только небольшая часть моих тогдашних обязанностей.

 – Спокойной такую деятельность не назовёшь, у Вас, очевидно, крепкие нервы. Больше десяти лет подобного риска…

 – Военные люди смотрят на это проще. Я много повидал, самолёты при мне и горели, и взрывались, были и жертвы, несмотря на мирное время. Есть профессии, в которые априори заложен элемент риска.

 – Но я так поняла, что Вы служили не только в упомянутой воинской части. Произошло традиционное перераспределение армейских кадров?

 – Нет, история получилась поинтереснее. Я попросил командира разрешить мне совместить служебные обязанности с учёбой в высшем учебном заведении, так называемое очно-заочное обучение, и он мне не отказал.

 – Не понимаю, что здесь особенного, и как это связано с переводом в другую часть?

 – Дело в том, что такое параллельное обучение допускается редко, к тому же это был филологический факультет в педагогическом ВУЗе, не имевший никакого отношения к моей специальности, как я тогда думал.

Но так сложилось, что после успешного окончания института меня перевели в другое место, где я до конца службы занимался уже преподавательской деятельностью. Обучал личный состав подразделения, хотя ничего подобного заранее не планировал. Судьба все спланировала за меня.

 – Да, интересно получилось. Однако, в начале нашего разговора Вы затронули тему авиакатастроф. Считаете несовершенной конструкцию современных летающих машин?

 – Это, пожалуй, чересчур сильно сказано, хотя с самой мыслью не могу не согласиться. Как уже говорил, я кое-что повидал за время службы, а один случай запомнился особенно. Офицер купил мотоцикл, и попросил вертолётчиков доставить его по адресу. Погрузили, поднялись метров на пятнадцать, и машина грохнулась на землю. Ужасная трагедия, которой вполне можно было избежать. Видел всё собственными глазами.

 – То есть, Вы знаете, почему произошла эта катастрофа?

 – О конкретике я бы сейчас говорить не хотел, хотя в своё время на мне лежала обязанность выяснения причин аварий, а «чёрных ящиков» тогда не существовало. Скажу только, что обладай вертолёт определёнными качествами, катастрофы могло бы не произойти. Существует проект новой, более безопасной конструкции.

 – Не могу Вам не верить, хотя непонятно, почему в таком случае подобные аппараты не используются на практике?

 – К сожалению, они не только до сих пор не испытываются, но даже не запущены в производство. Речь у нас с вами зашла о вертолётах, но начинать нужно было с самолётов. Ещё в конце прошлого тысячелетия я подал заявку на изобретение самолёта-планера, разработкой которого занимался по собственной инициативе. Через два года мне был выдан патент, с отпиской, что данная модель будет слишком дорога в изготовлении.

 – Вы изобрели самолёт? Это похоже на сенсацию.

 –Не изобрёл, а кое-что усовершенствовал. За самолётом последовал и вертолёт, но сенсации не получилось. Просто есть два патента, которые можно повесить на стенку. Те, кто писал мне о дороговизне новой модели, даже не удосужились подсчитать её стоимость. Мой самолёт примерно в пять раз дешевле тех, что изготовляются у нас сейчас. Причём детали для них закупаются в Америке, оборудование – в Европе, а в России только осуществляется сборка. Это и унизительно, и просто нерентабельно. Не говоря о гораздо более безопасных полётах на самолётах нетрадиционной конструкции.

 – Что отличает Ваши машины от используемых сейчас?

 – Без подробностей – вертолёт оснащён парашютом на случай форс-мажора. А в самолёте изменены форма крыла и фюзеляжа.

 – А чем, по Вашему мнению, можно объяснить негативное отношение властей к новому проекту?

 – Думаю, за объяснениями далеко ходить не надо. Все боятся новизны, и держатся за свои уютные кресла. Хотя первейшая обязанность руководства – обеспечить безопасность людям. Ведь, кроме изменений в конструкции, я предложил создавать летательные аппараты из негорючих и тугоплавких материалов.

 – Что же используют в самолётах на данный момент?

 – Это совсем не смешно. Вопреки логике, даже сиденья в самолётах обшиты тканью, в состав которой входит сукно, обеспечивающее в случае аварии пассажиру гарантированное горение, если можно так выразиться. Что же до обшивки корпуса, то там тоже используется достаточно опасный материал, взамен которого я предложил углепластик, лёгкий, прочный и дешёвый. А насчёт обивки сидений – есть костюмы пожарных, в которых они свободно передвигаются в бушующем пламени. Почему бы не использовать такую материю для нужд авиации?

 – То, что Вы сказали, поймёт и ребёнок. Если это соответствует действительности, то последствия авиакатастроф во многом совершенно невозможно оправдать случайностями, хотя не хочется думать о планомерности, это абсурд. Ведь огромное число людей гибнет в огне, чего можно было бы, по Вашим словам, свободно избежать.

 – Вывод правильный, но очень трудно преодолеть косность даже в этом вопросе, хотя летает в самолётах и начальство, подвергаясь опасности наравне с простыми согражданами. Беда в том, что у нас осталось мало действующих КБ, всё объясняют надоевшим кризисом, по принципу «война всё спишет». Цитируя Булгакова, разруху нужно преодолеть в первую очередь в головах, тогда и жизнь наладится.

 – Вы говорите обо всём так спокойно, а я до сих пор нахожусь под впечатлением от услышанного. Но, продолжая тему, как Вы оказались в Воскресенске, и чем занимаетесь теперь?

 – В Воскресенске оказался очень просто. У меня здесь живёт друг, и поэтому, по выходу на пенсию, я выбрал именно этот город. Некоторое время работал в посёлке Белоозерский, а сейчас увлёкся написанием книги по истории авиации.

 – Тема, безусловно, интересная. Однако по этому поводу, думаю, существует уже достаточно много литературы.

 – Вынужден с вами не согласиться. Обычно книги данной тематики связаны с деятельностью конкретного человека, часто биографичны. А я задумал показать все нюансы, все этапы этого интереснейшего процесса, начиная от примитивных аппаратов, и заканчивая новейшими достижениями в области «воздухоплавания». При этом хочу обеспечить издание богатым набором иллюстраций. Такая книга, я уверен, будет интересна всем, от мала до велика, и независимо от профессии.

 – Вы задумали, кажется, нечто грандиозное. Такое издание должно быть напечатано в формате альбома, и на хорошей бумаге. Это потребует немалых финансовых вложений.

 – Да, возникнут определённые сложности, о которых я старался не задумываться в процессе работы. Но сейчас книга почти завершена, и придётся вплотную столкнуться с трудностями. Судя по истории с патентами, польза для страны, которая очевидна для меня, не столь очевидна для людей, которые, казалось бы, должны быть заинтересованы подобными вещами в первую очередь.

 – Искренне хотелось бы, чтобы Ваша книга увидела свет. Задуманный экскурс в историю, безусловно, интересен. Но гораздо более хочу пожелать успеха в осуществлении самолётно-вертолётных проектов: если они действительно способны повысить безопасность авиаперелётов, вся страна должна быть в этом кровно заинтересована!

  

Беседовала Елена Хмырова

Прочитано 1095 раз